16.07.2014 в 11:44
Пишет Кали Лейтаг:

Пошла, пошла мысль!
В свое оправдание хочу сказать, что я просто фапаю :facepalm:

Название: Девять смертей Питера Паркера
Пейринг: Спайдипул
Предупреждение: Спайдипул.

- Спокойной ночи, Гюнтер. – Вежливо пожелал Джей, доставая из шкафа бинты и нож. Как он умудрился дважды войти в комнату, ни разу из нее не выйдя, он и сам бы не объяснил. Псих.
"Не оправдал доверия" Mobius


"Что будет, если мы все-таки убьем Человека-Паука?" - Желтый в их тесном кругу из одного человека всегда был идейным лидером.
- Эй-эй, - от такого кусок пиццы попадает ему не в то горло, и Дэдпул долго кашляет, прежде чем переспросить, - Убьем Паучка? За что? Он мне нравится! Отличный парень! Что он тебе сделал?
"Что будет, если мы убьем его девять раз?" - подключается Белый.
- Он умрет девять раз? - неуверенно переспрашивает Дэдпул. С этими голосами в голове никогда нельзя ни в чем быть уверенным наверняка.
"В девяти мирах, да?" - подхватывает Желтый.
"Именно", - нет, определенно, эти двое - чокнутые!
"Помнишь, как с каждой его смертью наступал конец света?"
"Или изменение существующего миропорядка!"
- А это вы не про Алую Ведьму? Я не буду убивать Алую Ведьму, я не дерусь с женщинами. И она мне наваляет.
"То есть, ты говоришь, что если он перестанет существовать, мы сможем выстроить мир вокруг так, как нам хочется?"
- Нет, вообще-то я говорю, что не буду охотиться за Алой Ведьмой!
"О Боже, заткнись уже!" - Орут они на него хором: "И послушай. Человек-Паук должен исчезнуть из твоей жизни. Тогда все станет обратимо. Или исправляемо!"
- Вы уверены?
"ДА!"
"Главное - выбрать верный способ"
Водители такси согласно гудят ему откуда-то снизу. Они точно марсиане. Доподлинно известный факт.

В первый раз он просто отлавливает Паучка на крыше и с сожалением вышибает тому мозги. Парень ему действительно нравился.
"Не угадал", - говорит Белый, когда разъярённые Мстители находят его и разом открывают огонь на поражение. Они не отличаются щепетильностью покойного товарища, и о бое один на один даже речи не идет.

Во второй и третий раз он учитывает прошлые ошибки, но снова не угадывает. Это уже не так легко, как казалось поначалу. Ни уничтожение планеты, ни привлечение помощников - хотя какая может быть помощь от Боба, хотелось бы знать, - не оказываются верным способом.
- Проеб и проеб, - сообщает он табличкам.
"Ты сможешь!" - C Желтым они всегда были на короткой ноге, прямо настоящие приятели!
"Только не укорачивай себе ногу, только не сейчас!" - кричит Белый, опять читает его мысли, скотина.
"Всегда ревновал меня", - с удовлетворением думает Дэдпул и укорачивает себя на голову.

Четвертый раз срывают Скруллы. Тупорылые скоты так удачно выбирают время для нападения, что мысль о давно заготовленном ударе не может не проникнуть даже в его дырявую голову. Еще бы, такое совпадение - именно сейчас, когда в распоряжении Мстителей всего пара человек. Паучок, кстати, среди них. Поэтому, как только на экране телефона высвечивается номер Кэпа, Дэдпул уже знает, что этот заказ он примет даже с семидесяти процентной скидкой.
Они с Паучком снова встречаются на крыше, но теперь уже спина к спине. Их взяли в кольцо, и это не очень хорошо.
"Может, его надо грохнуть из инопланетного бластера?" - спрашивает Белый. А это уже неплохо. По крайне мере, как говорили эти чуваки из CSI, "у нас есть рабочая версия". В любом случае, попробовать стоит.
"Какой же ты дебил", - воет Желтый, когда в результате особо хитрого маневра по подставлению задницы Паучка, его самого выносит под обстрел. И Дэдпул в кои-то веки солидарен с ним. Оказывается, инопланетный луч это очень-очень больно. И совсем не получается дышать.
- На помощь, - орет в коммуникатор так и не просекший его зловещих планов Паучок, - Уэйд ранен, скорее!
"Мы сможем умереть на руках у Капитана Америки?" - интересуется Желтый.
"Только если в виде космической пыли ляжем ему под подошвы".
- Держись, - тормошит его Паучок, позабыв, кто из них двоих на этой крыше может по-настоящему не пережить атаку, а кто так, поболтать заскочил, - Я тебя вытащу!
- Паук, прием, - пробивается в коммуникаторе голос Старка, - Питер, вы где? Не могу вас засечь!
Дэдпул хочет сказать ему, что если все-таки засекут, пусть прах его в урну своими большими и сильными руками сметет Кэп, но говорить почему-то не выходит. Как будто бластер расплавил гортань, язык, ну и все остальные мышцы заодно.
Паучок Питер садится рядом с ним на корточки и стягивает с головы маску. У него хорошее лицо, оно ему подходит. Он должен был быть именно таким.
"Симпатичный..."
"Надеюсь, эта деталь не станет тем фактором, который нам помешает?"
Таблички ругаются, а он закрывает глаза, потому что очень устал. Пистолет выпадает из руки. В обойме ни одного патрона.

В пятый раз они дерутся в одном из цехов подготовленного к сносу завода. В этот раз пришлось сыграть грязно. Новый мир - это круто, все дела, но простите великодушно, у Уэйда Уилсона есть принципы! Поэтому сейчас он злится на себя, на таблички, которые его уговорили, на Паучка, который так легко повелся на приманку, на всхлипывающего сопляка, попавшегося под руку, а сейчас висящего над чаном с какой-то химической дрянью... Новый мир - это круто, но он никогда не трогал детей. Никогда. И никакие девять попыток, реверс времени и точки сингулярности, о которых талдычит ему Белый, не имеют значения.
Поэтому "Дерьмо", - говорит он: "К черту это дерьмо", - и уворачиваясь от очередной нацеленной ему в голову паутинки, прыжком уходит к конвейерной ленте. Если честно, его все порядком достало, а эта попытка стремительно становится скучной. Забраться на балку, к которой подвешена сегодняшняя приманка - дело мгновения, уйти от еще одной паутинки - дело другого.
- Лови, Паучок, - и, убедившись, что тот успевает перехватить летящего в него сопляка, Дэдпул с удовольствием потягивается и рыбкой ныряет в чан.
"Развлечемся кислотой!" - напоследок орет Желтый в его голове.

На шестой раз Дэдпул все-таки берет себя в руки и нажимает на курок. Голова Паучка снова лопается тыквой, как и в самом начале. Марсиане бьют по клаксонам, и улицу разносит от пронзительного воя гудков.
"Эй, этот способ мы проверили в самом начале!"
"Совсем считать разучился?"
"Оказывается, ты не псих, а идиот!"
"С тремя оставшимися попытками!"
- Хотел перепроверить, - бросает он Желтому и Белому, старательно обходя ошметки мозгов, усеявшие пол.
"Ты чего?"
- Не люблю, когда мне не платят за работу, - он не моргая смотрит на красно-синее трико, а потом переводит глаза на светлую стену. На штукатурке начинают скакать желто-зеленые пятна, - Какое-то в этом наебалово, вам не кажется?
"Это план Б? Ты хочешь поднять его в виде зомби, а потом утопить в святой воде? Я знаю неподалеку отличную церковь".
- Все не так, - говорит он, и сам не знает, кому. Клаксоны все не стихают, стены начинают дрожать и осыпаться от их гудков. Барабанные перепонки лопаются, Уэйд чувствует, как на шею из ушей начинает вытекать по тепленькой струйке. А потом его голова взрывается. То ли от шума, то ли от неверного выбора.

- Привет, Оленьи глазки, - говорит Дэдпул на седьмой раз, выталкивая Паучка из зоны поражения. А потом бомба все-таки срабатывает, и взрыв перемалывает здание горячей красной мясорубкой.
- Питер, - думает он, пока мясо подчистую слетает с его костей, - Питер.
И улыбается.

В восьмой раз Уэйд забивает. Не то чтобы он размяк, как орет на него Желтый, или втюрился, как мрачно нудит Беленький, просто неохота. Нет вдохновения. Он так и говорит им. Они, конечно, не верят и начинают спорить. Друг с другом. Его это устраивает, как никогда. Он уже привычно покупает два хот-дога - один с двойным кетчупом, а второй - с жареным луком, просит у милейшего мордоворота-продавца побольше салфеток, а потом, закинув все это себе на спину, перебегает дорогу на красный, уворачиваясь от таксистов-марсиан, и начинает взбираться на старика-Крайслера по пожарной лестнице. Паучок уже ждет его там.
- Оленьи глазки, - говорит ему Уэйд и кидает пакет с хот-догами. Это обязательная часть ритуала, взятка Кетцалькоатлю, и все такое - без нее Паучок не превратится в Питера. Паучок - отличный парень, которого стоит убить хотя бы ради того, чтобы встретиться с ним по новой, зато Питер смешливый, через день зависает с ним на крыше, они едят вкусняшку, обсуждают кино и последние серии Glee, и все это дерьмо по-настоящему начинает напоминать дружбу. А Уэйд дорожит любым дерьмом, которое похоже на дружбу. Он готов построить храм из всех подручных средств (чаще всего, автоматов, коробок для патронов, влажных салфеток, которыми его засыпают умники из доставки "Тако Бэлз", и пластид вместо цемента) даже намеку на такое дерьмо.
Поэтому он всего лишь отвешивает Питеру подзатыльник...
"Это был шлепок, чувак"
"Определенно"
...когда тот, типа, наклонившись за пакетиком кетчупа, неожиданно ворует у него половину сосиски из хот-дога. Питер поскорее засовывает ее в рот и, торопясь, жует.
- Очень вкусно, - выдавливает он и все-таки валится на спину от хохота и еще одного легкого тычка.
"Ты отдал ему нашу еду".
"Он отнял нашу еду, а ты его не убил?"
"Мы в полном дерьме".
Уэйд не обращает на них внимания. Он по-быстрому закидывает остатки хот-дога себе в рот и раскидывается рядом с Питером, как большая, черно-красная и профессионально убивающая морская звезда.

В девятый раз Уэйд просыпается первым. Питер рядом опять по-паучьи извернулся и спит так крепко, что даже приоткрыл рот.
"Он такой милый".
"Не буди его, ему только недавно дали заснуть".
Желтый и Белый, еще совсем недавно желавшие Паучку мучительной смерти, сейчас так же дружно воркуют над ним.
"Он устал, ему надо высыпаться".
"Опять будет весь день клевать носом".
"И прилипать к стенам".
"Да ладно тебе, нам нравится, когда он прилипает к стенам. И какой он гибкий, нам тоже нравится".
"Повезло, что он любит эксперименты, так же как и мы".
"Те же, что и мы".
Очень скоро он перестает слушать двух озабоченных идиотов, углубившихся в подробности, на самом деле почерпнутые ими из азиатского порно, которое он запоем смотрел в один из особенно сложных периодов собственной жизни. Тем более Питер как-то по-особенному сладко выдыхает, распутываясь и подползая поближе. Нельзя не оценить такое приглашение.
- Знаешь, какой способ правильный? - спрашивает Уэйд, перекатываясь на Питера сверху и подхватывая его под колени. Тот все еще спит, поэтому только бормочет что-то мягкое и неразборчивое, - быть затраханным мною до смерти. Прямо сейчас.

URL записи